Общественное движение Приднестровья — «За свое будущее нужно бороться!»

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Приднестровье де-факто: год 2019

Приднестровье де-факто: год 2019


От села Незавертайловки Слободзейского района до Фрунзовки и Майорского, что в районе Каменки, пролегла вдоль Днестра неширокой полосой на карте территория Приднестровской Молдавской Республики, созданной волеизъявлением народа. Почти 30 лет минуло с тех пор. Как живет этот край сегодня? Что там происходит, что беспокоит его жителей? О прошлом, настоящем и будущем Приднестровья – в беседе с руководителем Тираспольской школы политических исследований Анатолием Дируном.

 

 - Анатолий Викторович, маленькое гордое Приднестровье живет, несмотря на то, что ему уже много раз предрекали «скорую смерть», пытались втиснуть в те или иные рамки, модели, форматы. Однако, в последнее время у людей множатся разочарования. Вроде бы внешне все благополучно:  появляются поющие фонтаны, масштабно ремонтируются дороги, Бендерская крепость каждые выходные устраивает праздники, но в разговорах с людьми чувствуется какая-то беспросветная удрученность. Почему так, чем это можно объяснить?

- В обществе всегда будет процент граждан, который будет очень критично оценивать все действия и решения властей. Это факт, который не требует дополнительных доказательств. Однако, это не объясняет имеющегося недоверия со стороны граждан по отношению к проводимой сегодня политике. Схожий уровень  недоверия был и во время правления второго президента Евгения Шевчука, когда также проводились масштабные работы по благоустройству инфраструктуры.

Приведу несколько цифр. Мы писали, что  «по итогам исследования ТШПИ в феврале 2019 года об отношении к действующей власти, 65% приднестровцев высказали недоверие к политике проводимой руководством Приднестровья (по сравнению с данными на июнь 2018 года, этот показатель вырос на 15%).

Сегодня этот показатель не просто не изменился в лучшую сторону, напротив ситуация ухудшилась в той части, что по итогам исследования за  август –сентябрь текущего года, на вопрос: «Одобряете ли вы деятельность Президента и правительства?» 70% опрошенных граждан высказались отрицательно. В настоящий момент мы имеем две критические отметки: 65 % граждан не доверяют руководству республики и 70 % не одобряют деятельность Президента в области социально-экономической политики.

Таким образом, низкий порог доверия превратился в системное явление в республике. Проще говоря, Президент, депутаты, которых граждане выбрали, делают не совсем то, что обещали людям, но при этом, пытаются всех убедить, что все хорошо и надо еще чуть потерпеть.

- Но в ходе предвыборной кампании заявлялось, что после ликвидации серых схем прошлых правителей, прихода инвестиций в стране все наладится. Однако, сейчас самыми «обиженными» себя считают неминистерские бюджетники и пенсионеры, огромную социальную несправедливость видят они в таком к себе отношении, когда сначала фонтаны, а уже после - уровень доходов и благосостояния граждан.

- Деньги в республике есть, но чтобы начать изменения в бюджетной сфере, нужна политическая воля. Сегодня этого нет, в настоящий момент аккуратно говорят о том, что повышение невозможно, так как много бюджетников, которых надо сокращать, что  было много напечатано денег и так далее. Несомненно, эти имеет место быть, но не озвучивается главного: наши институты  требует серьезной модернизации. Действующая политическая система не только не в состоянии (или не заинтересована) решать вопросы, связанные с повышением уровня благосостояния граждан, эта система, что куда опаснее, не может предложить людям образ будущего, не красиво написанного на бумаге, а честного, реального. Именно такая общая идейная цель способна мобилизовать и воссоединить разуверившихся во многом граждан.

- Позвольте реплику. Не так давно увидел свет новый документ «Стратегия развития Приднестровья на 2019 – 2026 годы», где обозначены три главный ориентира будущего: политическая стабильность, экономическая самодостаточность и социальная справедливость. Разве этого не достаточно?

- Сам факт, что документ такого уровня с горизонтом  планирования до 2026  года у нас появился, это, конечно, хорошо. Очевидно, что без планирования говорить о развитии вообще проблематично. Но, возможно,  у нас с коллегами,  скажем так, разное видение в оценке текущей ситуации в республике. Соответственно, и разное понимание, как планировать дальнейшее развитие.  И это нормально, наличие разных точек зрения дает возможность выбрать лучшее.

Но говорить сегодня о политической стабильности при столь высоком уровне недоверия к проводимым преобразованиям весьма проблематично. Несколько нелепо выглядят и утверждения об экономической самодостаточности республики, о восстановлении социальной справедливости в стране,  при действующей олигархической системе управления это по определению невозможно.

Если отматывать ленту истории назад, можно обозначить две точки – 2006 и 2011 год, когда после президентских выборов у Игоря Смирнова и Евгения Шевчука были возможности модернизировать  системы управления республики. К сожалению, этого не случилось. Сегодня мы имеем  политический кризис, который с помощью предложенной властью стратегии разрешить с пользой для республики и ее народа, увы, не удастся.

- Только что Вы обозначили политический кризис: в чем он выражается? Власть избрана демократическим путем, военных действий, к счастью, нет. Что не так?

- Когда я говорю о политическом кризисе, я вкладываю в это понятие главным образом неэффективность модели управления, обусловленную тремя параметрами. Первое, с экономической точки зрения у нас сложилась ситуация, когда существует монопольное доминирование одного субъекта в экономике Приднестровья. Второе, в политической системе сформировалась олигархическая система управления, направленная на использование государственных институтов с целью получение прибыли. Третье,  проблема социального неравенства. Дело в том, что монополия и олигархия не только не способны обеспечить рост благосостояния граждан, но ускоряют и способствуют росту уровня бедности граждан.  Как следствие, у нас наблюдается массовый отток трудоспособного населения, который  имеет устойчивую тенденцию к росту.

 

Приднестровье де-факто: год 2019

- Приднестровье часто за его пределами называют «Республикой «Шериф» ввиду явной монополизации экономических активов  и институтов власти, и сращения первого со вторым. Кому-то удобно винить во всех бедах именно крупнейшую корпорацию Приднестровья, которая, собственно, и наполняет бюджеты всех уровней налогоотчислениями. Так ли это плохо, с научной и исследовательской точки зрения, – управление всеми процессами из одного центра принятия решений?

- Возможно, для кого- то комфортно так утверждать, но обвинять «Шериф» во всех грехах - это больше похоже на пропаганду, чем научный подход к пониманию сути проблемы. Концептуальными являются следующие вопросы: каким образом за двадцать с лишним лет мы прошли путь от «страны, созданной волей народа» в 1990 году  до олигархической системы управления государством в 2016 году? Какие причины повлияли на трансформацию  наших политических институтов, в результате чего фактически не работает принцип «сдержек и противовесов» между тремя ветвями власти?

С этой точки зрения, к «Шерифу» как крупнейшей компании, не может быть никаких вопросов. Эта частная фирма работает в тех условиях, которые предоставило ей государство. Я напомню, что на протяжении как минимум 20 лет, фирма пользовалась определенными таможенными преференциями, которые она получила от государства еще в бытность первого  Президента Приднестровья Игоря Смирнова.

Я допускаю мысль, что 20 лет назад, (в конце 90-х, начале 2000 х годов) возможно, государство решило построить некую новую социально-экономическую модель, в центре которой будет находиться один суперсубъект,  некий приднестровский «чеболь», если использовать южнокорейскую аналогию. («Чеболь» - конгломерат, представляющий собой группу формально самостоятельных фирм, находящихся в собственности определённых семей,  под единым административным и финансовым контролем – ред.).  Да и политическая ситуация в республике того исторического периода требовала от руководства Приднестровья учитывать ряд новых моментов.

Если мы вспомним президентскую  избирательную кампанию 2001 года, то в тот момент Игорь Смирнов столкнулся со своими вчерашними коллегами по директорскому корпусу в лице общественного движения  «Единство Приднестровья». В этой непривычной для себя ситуации  ему была необходима новая  организационная платформа, которая и появилась, оформившись в общественное движение  «Обновление», под патронатом  фирмы «Шериф» (август 2000-го года).

Начало 2000-х годов. Это время, когда руководству Приднестровья необходимо было выбирать тип и способ проведения приватизации в республике. Идти по российскому пути (ваучеры), взять за основу белорусскую модель (сохранение контроля со стороны государства), или идти по собственному пути. Приднестровье выбрало собственный.

Однако затем мы стали свидетелями формирования монополии, которая по Марксу  «возникает как следствие высокого уровня концентрации и централизации капитала и благодаря своему весу в экономике получают возможность извлекать сверхприбыль».

Таким образом, когда мы говорим о политическом кризисе в республике, то, с нашей точки зрения, речь идет о необходимости модернизации системы управления, стрежнем которой должно стать  отделение бизнеса от власти и выстраивание системы, которая не допустила бы появления олигархической формы управления. Все остальное - это уже производные этой ситуации. 

Если кто- то следил за дискуссиями ТШПИ, то еще в мае 2018 года при обсуждении взаимоотношений бизнеса и власти мы говорили, что с  точки зрения бизнеса,  «Шериф» может принять решение и продать свои активы. И это их законное право.  И, возможно, в одно прекрасное утро  мы проснемся утром и не увидим так хорошо знакомых нам вывесок на магазинах и заправках. Но изменится ли после этого функционирование политических институтов в олигархической системе управления государством? Вряд ли.

- Приднестровье в настоящее время, уменьшая бюджетные расходы, начало модернизировать госинституты: парламент сократил число депутатов с 43 до 33 человек, правительство отказывается  от персонального служебного транспорта, уменьшаются траты из казны на госохрану. 

- Это хорошие, как сейчас говорят, «хайповые» инициативы, но они не имеют никакого отношения к демонополизации и деолигархизации политической системы в стране. 

При существующем режиме ручногоуправления Верховного Совета, в принципе, можно было бы сократить депутатский корпус и до 10 человек. Знаете, в 2000 году когда в состав ВС ПМР входило 67  человек, доверия к парламенту было больше, и система включала в себя инструментарий «сдержек и противовесов» , и такого  перекоса , как сейчас, не было.

Довольно символично на этом фоне звучат слова Владимира Ульянова (Ленина), памятник которому установлен перед зданием приднестровского правительства и парламента:
«Всякая монополия, она порождает неизбежно стремление к застою и загниванию».

- Анатолий, картина весьма удручающая, но ведь всегда есть возможность что-то исправить. Готово ли сегодня приднестровское общество в лице его гражданских активистов предложить альтернативную повестку дня? Оппозиция как элемент политического ландшафта сегодня в принципе возможна в Приднестровье?

- Давайте начнем с оппозиции, точнее с ее точного определения. Традиционно у нас оппозиция рассматривается как «противостояние», но точнее это слово нужно трактовать как «противопоставление» своей  позиции, идеи, проекта.

За почти 30 летний опыт построения государственности у нас образовался консенсус по вопросу независимости, но в тоже время всегда была насыщенная внутренняя политическая борьба. Можно вспомнить деятельность «Партии народовластия» (1995 год), борьбу «Единства Приднестровья» с кандидатами движения «Обновление» в 2000 году, та же партия «Обновление» получила большинство в результате конкурентной борьбы  с кандидатами Евгения Шевчука на выборах в 2015 году.

Важно отметить, что первые 20 лет государственности республики (в период правления первого президента) команда Игоря Смирнова умела работать с массами и не зачищала «под ноль» политическое пространство.

Стратегическая ошибка доминирующей политической силы - это не просто тотальная зачистка политического поля республики, но также неспособность или нежелание обозначить  правила игры для всех, в том числе и для себя, осознавая важность присутствия оппозиции для государственной системы, как таковой. В итоге партия «Обновление» оказалась в политическом одиночестве, а руководство стремительно быстро теряет поддержку среди граждан. 

- Все прекрасно понимают, что у «Обновления» сейчас нет преград, чтобы и далее победоносно шествовать и править политическим Олимпом.  Почему же все альтернативные точки зрения сводятся к нулевой черте?

- Это открытий вопрос. Возможно, что в партии или корпорации решили просто перенести бизнес-модель на политические отношения. Главным ресурсом такой бизнес-модели является не доверие людей, а деньги. Когда есть возможность все купить, зачем усложнять процесс и искать доверие?

Одновременно с этим четко видна линия партии власти на обеспечение возможностей для формального переизбрания в 2020/21 году: это и сокращение числа  депутатов Верховного Совета,  и снятие избирательного порога в 25% и так далее.

Но в результате таких действий дискредитируется сама идея выборов, в которых вместо конкуренции будет банальное назначение депутатов парламента и формальное утверждение  результатов «народного» волеизъявления. Однако партии власти надо будет хорошо  постараться, чтобы  хоть как-то имитировать конкуренцию на выборах и обеспечить реальную явку избирателей. Это критически важно для подтверждения сформировавшейся почти за 30 лет государственности Приднестровья.  Возможно, наши коллеги рассматривают избирательные кампании как форму прихода или удержания власти, но, вероятно, они забыли концептуальную особенность выборов в Приднестровье.  В государстве «де факто» каждая избирательная кампания это, по сути,  плебисцитный референдум о доверии власти со стороны граждан, который мы проводим каждые пять лет.

- Как мне кажется, возникает довольно противоречивая ситуация: с одной стороны, есть партия власти, которая зачищает поле борьбы от конкурентов, с другой, присутствует низкий уровень доверия к власти со стороны избирателей. Вы думаете, при такой диспозиции возможны определенные изменения в Приднестровье, не исключено, что и в  результате выборов?

 Сегодня можно определенно сказать, одно. Несмотря на всю концентрацию власти в одних руках, у политической системы Приднестровья есть одна особенность – в ней заложены механизмы самовыживания.  И когда в обществе  есть высокий  запрос на перемены, эти изменения обязательно произойдут.  Это реальность, с которой нужно считаться всем участникам политического процесса, стратегии прошлых лет  сейчас уже работать не будут, они неэффективны.  

Интервью вела Светлана Савельева.


Мнение, Заявления | 22 октября 2020 | 941