Общественное движение Приднестровья — «За свое будущее нужно бороться!»

НОВОСТИ

Политический аналитик, журналист Андрей Моспанов: «Меморандум Примакова» 20 лет спустя

Политический аналитик, журналист Андрей Моспанов: «Меморандум Примакова» 20 лет спустя

Андрей Моспанов

Журналист, политический аналитик, Приднестровье, amv.16@yandex.ru

Аннотация: Автор рассматривает подписания Меморандума с точки зрения его влияния на дальнейший переговорный процесс между Тирасполем и Кишиневом. Так же Московский меморандум закрепил саму модель молдо-приднестровского урегулирования, которая по большому счету актуальна и сейчас.

Ключевые слова: «общее государство», страны гаранты, доверие сторон

Ровно два десятилетия назад в Москве был подписан меморандум об основах нормализации отношений между Республикой Молдова и Приднестровьем. Его еще называют «меморандумом Примакова». Если говорить об уровне подписантов, да и о содержании документа, то это на самом деле один из наиболее «статусных» и весомых документов молдо-приднестровского урегулирования.

Свои подписи под меморандумом тогда поставили первый президент России Борис Ельцин, президент Украины Леонид Кучма, главы Молдовы и Приднестровья Петр Лучинский и Игорь Смирнов. А завизировал документ Нильс Хельвег Петерсен, который в то время был министром иностранных дел Дании и действующим председателем ОБСЕ.

Евгения Примакова, возглавлявшего тогда российский МИД, по праву называют архитектором московского меморандума от 8 мая 1997 года. Российская дипломатия во второй половине 1990-х начала решительно возвращать свои позиции. Недалек уже был и легендарный разворот премьер-министра Примакова над Атлантикой, ставший прологом к новой российской внешней политике.

Московский меморандум фактически дал старт новому этапу переговоров между Кишиневом и Тирасполем. Стороны начали активно контактировать на межведомственном уровне. И это взаимодействие было куда успешнее, чем сейчас.

Логичным следствием «меморандума Примакова» оказались Одесские соглашения 1998 года, после которых к миротворческой операции в регионе присоединились украинские военные наблюдатели. Они выполняют свою миссию на Днестре и сегодня.

В целом московский документ стал образцом дипломатического искусства, прежде всего российского, и примером политического компромисса. Сегодня такие компромиссы между Кишиневом и Тирасполем кажутся недостижимыми.

Московский меморандум закрепил саму модель молдо-приднестровского урегулирования, которая по большому счету актуальна и сейчас. Это общее государство в границах бывшей Молдавской ССР. Большая часть документа и посвящена тому, как должно строиться общее государство. Суть этого процесса раскрывается в таких понятиях, как «государственно-правовые отношения между Молдовой и Приднестровьем», «взаимно согласованные решения», «разграничение и делегирование полномочий», «взаимно обеспеченные гарантии». При этом в меморандуме с самого начала подчеркивается: РМ и ПМР – стороны переговоров.

И дальше документ эту философию равноправия сторон развивает. Сразу в нескольких местах говорится о том, что урегулирование должно быть только мирным и что Приднестровье и Молдова во взаимных отношениях не будут прибегать к применению силы или угрозы силой. Внимание к этому вопросу понятно: с момента окончания войны на Днестре к тому времени прошло всего пять лет.

Впрочем, и сейчас обстановка такова, что принцип мирного урегулирования желательно все-таки постоянно подтверждать. Это, кстати, и было сделано в Берлинском протоколе 2016 года.

По мнению авторов московского меморандума, урегулирование может быть достигнуто благодаря двум вещам – росту обоюдного доверия, а также политическому диалогу Кишинева и Тирасполя при помощи России, Украины и ОБСЕ. Аналогичных подходов Москва, как мы знаем, придерживается и сегодня.

Пять из одиннадцати статей документа так или иначе посвящены проблеме гарантий. Авторы меморандума будто предвидели: вопрос о том, как гарантировать уже заключенные договоренности, станет одним из главных и самых трудных. Они предложили здесь двухуровневую систему. С одной стороны, ПМР и РМ сами выступают взаимными гарантами выполнения того, что они подписывают. А с другой -гарантами становились Россия и Украина. С тех пор в местном дипломатическом и журналистском лексиконе и закрепилось это понятие – «страна-гарант».

Наконец, надо сказать о двух ключевых пунктах меморандума. Один из них определяет право Приднестровья самостоятельно устанавливать и поддерживать международные контакты в экономической, научно-технической и культурной областях. Другой гласит: «Приднестровье принимает участие в осуществлении внешней политики Республики Молдова – субъекта международного права, по вопросам, затрагивающим его интересы. Решение по данным вопросам принимается по согласию сторон».

***

В молдо-приднестровском урегулировании можно выделить три опорные точки. Первая – это мирное соглашение от 21 июля 1992 года, после которого в регионе началась миротворческая операция с участием России. С 1994 года появились и первые документы переговорного процесса. Приднестровье и Молдова, в частности, согласовали совместное заявление своих руководителей, а также обращение к Украине с предложением поучаствовать в миротворческой миссии. Было заключено и двустороннее соглашение о поддержании мира и гарантиях безопасности. Кроме того, стороны подписали несколько протокольных решений, касавшихся работы таможенных, почтовых, метрологических и других служб.

Улучшавшаяся атмосфера в переговорном процессе сделала возможным переход на новый уровень, которым и стал московский меморандум 1997 года. После этого переговоры между Приднестровьем и Молдовой, как уже отмечалось, активизировались. За три года – с 1997 по 2000 г. было подписано 35 различных документов. Среди них, например, такой, как соглашение об организационных основах социально-экономического сотрудничества между ПМР и РМ. Или, скажем, соглашение об основах взаимодействия МВД Молдовы и руководства органов внутренних дел Приднестровья.

Еще 20 различных совместных документов появилось в 2001-2003 годах после прихода к власти молдавской Партии коммунистов и Владимира Воронина. Несмотря на противоречивость последнего, переговоры пришли к «плану Козака», который мог стать третьей и финальной точкой урегулирования. Но не стал. И с того времени переговорный процесс начал, что называется, катиться под откос. Что и продолжается до сих пор.

Как исполняются положения московского меморандума 1997 года сегодня? Приднестровье и Молдова ведут переговоры (или пытаются их вести), но атмосферы доверия нет. И в таких условиях понятно, что нет и системы взаимных гарантий, она работать не может.

При этом институт стран-гарантов тоже жив лишь наполовину. Полноценным гарантом сегодня можно назвать только Россию, а Украина уже больше десяти лет как устранилась от этой роли и превращается во всё более пристрастного игрока, действующего на стороне властей Молдовы. С 2014 года здесь произошло значительное ухудшение.

По-своему трактует Кишинев и право Приднестровья самостоятельно устанавливать и поддерживать международные контакты в сфере экономики. Устанавливать-то ПМР, по мнению властей РМ, их вроде бы может, но вот приднестровская внешняя торговля всё равно должна «продираться» через молдавские таможенные и другие барьеры.

И, конечно, никак не реализовано право Приднестровья на участие во внешней политике РМ. Это хорошо показала история с парафированием и подписанием соглашения об ассоциации «Молдова–ЕС» в 2013-2014 годах. Сегодня речь не идет даже о гипотетическом механизме такого участия.

Но есть одно достижение, и оно, пожалуй, главное – в регионе сохраняется мир. Хотя в Кишиневе и пытаются периодически подорвать основы миротворческой операции. Последний пример тому – двоякое решение Конституционного суда РМ по поводу российских миротворцев.

Несмотря ни на что, «меморандум Примакова» остается важнейшей вехой на пути молдо-приднестровского урегулирования. Это признал недавно и президент РМ Игорь Додон. И тем молдавским политикам, которые действительно хотят полноценного разрешения конфликта, стоит вернуться не только к духу, но и к букве московского документа 1997 года.

Статья опубликованав Вестнике Тираспольской школы политических исследований "Опыт и перспективы" (№ 4, май 2017). Скачать Вестник по адресу.


Заявления | 16 июня 2017 | 124



comments powered by HyperComments